Луна

Восемнадцатый Козырь соответствует букве Коф, а в Зодиаке - Рыбам. Он называется «Луна».

Рыбы - последний из Знаков; он представляет последнюю стадию зимы. Его можно назвать Вратами Воскресения (название буквы Коф означает «затылок» и связано с возможностями мозжечка). В системе старого Зона Солнце воскресало не только от зимы, но и от ночи; и эта карта символизирует полночь.

«Утро прорастает в полночь» - писал Ките. Поэтому в нижней части карты, под водой отвратительных оттенков, показан священный Жук, египетс¬кий Хефра, несущий в своих челюстях Солнечный Диск. Это тот Жук, который проносит Солнце Молчащее сквозь мрак Ночи и горечь Зимы.

Ландшафт над поверхностью воды непривлекателен и зловещ. Мы видим некую тропу или реку серного цвета с примесью крови, выходящую из пропасти между двумя бесплодными горами; девять капель нечистой крови в форме букв Йод падают на нее с Луны.

Луна, причастная и к высшему, и к низшему и наполняющая все в промежутке между ними, - самая универсальная из Планет. В своем высшем аспекте она является Связующим Звеном между человеческим и божественным, как показано в Ату II. В настоящем же Козыре, представляющем ее низший аватар, она соединяет земную сферу Нецах и Малкут, кульминацию всех высших форм в материи. Это убывающая луна, луна колдовства и отвратительных деяний. Она - ядовитая тьма как условие возрождения света.

Этот путь охраняется Табу. Луна - нечистота и колдовство. На холмах стоят черные башни безымянной тайны, страха и ужаса. Все предрассудки, мертвые предания и наследственные отвращения соединяются, чтобы затмить ее лик перед глазами людей. Чтобы ступить на эту тропу, требуется непобедимое мужество. Жизнь здесь непостижима и обманчива. Огненное чувство наталкивается на препятствие. У луны нет воздуха. Рыцарь в своем поиске вынужден полагаться на три низших чувства: осязание, вкус и обоняние. Такой свет, который возможен здесь, смертоноснее, чем тьма, и тишину ранит вой дикого зверья.

К какому богу взывать нам о помощи? Это Анубис, страж сумерек, бог на пороге, бог-шакал Хема, в своей двойной форме стоящий между Путями. У его стоп, настороже, ждут сами шакалы, готовые пожрать туши тех, кто не видел Его или не знал Его Имени.

Это порог жизни; это порог смерти. Все сомнительно, все таинственно, все пьянит Это не благотворное, солнечное опьянение Диониса, но страшное безумие пагубных наркотиков; опьянение чувств после того, как разум был отменен ядом сей Луны. Это то самое, что написано об Аврааме в «Книге Начала»: «Напал на него ужас и мрак великий»149 Нам напоминают о ментальном эхо бессознательной реализации, о той высшей несправедливости, которую мистики постоянно прославляли в своих рассказах о Темной Ночи Души. Но лучшие люди, люди настоящие никогда не говорят об этом такими словами. Какие бы ужасы ни терзали душу, какие бы гнусности ни отвращали сердце, какие бы страхи ни нападали на разум, ответ один и тот же на каждой стадии: «Как великолепно это Приключение!»