Новая информация, полученная в результате медиумического сеанса, поражает деталями и разнообразием, при этом практически каждая фраза или концепция, освещенная в диалоге, а также неожиданно точные и ёмкие междометия прекрасно соотносятся с символизмом планеты Юпитер, который закреплен за ней в астрологии и планетарной магии. Некоторые данные были новыми для меня, а при получении некоторых я ощущала, что уже знала это, так как не первый день работаю с Юпитером и Олимпийскими Богами. Беседа оказалась крайне информативной и порадовала своей непринужденностью.

Предыстория такова: в одном из личных магических ритуалов Юпитера я получила информацию, что необходимо провести медиумическую инвокацию и задать вопросы Зевсу — верховному Богу Олимпа. Несколько лет назад мы уже проводили подобный ритуал, но разговор с Зевсом-Юпитером тогда оказался коротким, хоть и крайне интересным. Также было принято решение призвать Бэтор’а — олимпийского духа Юпитера, известного, прежде всего, из гримуара «Арбатель» (Arbatel de magia veterum). Мне хотелось узнать, как связаны эти духовные сущности, и в чём разница между ними. Также моей целью была работа с планетой Юпитер и прославление главы пантеона Богов, которые мне близки, и которым он приходится отцом.

На момент инвокации Юпитер находился в Раке, знаке его экзальтации, что означает сильное и уверенное положение, когда приветствуются любые работы с планетой, Богом планеты и вверенными ему духами. Во время проведения ритуала планета была «в шахте», без аспектов с другими планетами, что является плюсом для инвокации, и это подтвердилось получением расширенного диалога с ответами практически на все поставленные вопросы.

На алтаре находилась статуэтка Юпитера, лазурит, аметист, желуди, листья дуба, изображение Зевса из Олимпии, синие свечи. В качестве подношения использовалось красное вино, желе из черной смородины фиолетового цвета с натуральным желатином.

Ритуал предваряли стандартные очищающие действия, а сам он состоял из гексаграмм и воззвания к Юпитеру. После этого я прочертила над алтарем треугольник, и в нём — печать олимпийского духа Юпитера Бэтор’а. Медиум всё это время пребывал в неподвижности. После проведения необходимых действий я посмотрела на медиума и поняла, что Юпитер уже здесь — он необычно улыбался и пристально смотрел на меня.

Но перед тем как продолжить, по традиции, дисклеймер:

«Любые утверждения, опубликованные в данном тексте, являются следствием мистического опыта участников, и не преследуют целью убедить кого-либо в чем-либо, а также не являются призывом к действию любого характера и ничего не пропагандируют. Высказывания в диалоге могут не совпадать с мнениями мага и медиума. Более того, существует определенная доля личного несогласия участников данного ритуала с некоторыми утверждениями, озвученными божеством во время медиумического сеанса, оставаясь, тем не менее, богатой основой для размышления и дискуссии — то, с чем мы несогласны, также требует своего места в жизни, а честность перед читателями и самими собой требует опубликовать сказанное без каких-либо искажений и эвфемизмов».

Я начала диалог:

- Юпитер, ты просил, чтобы мы тебя призвали в медиумическом сеансе. Может быть, ты хотел поделиться какой-то информацией с нами и другими людьми? — спросила я.

- Вообще-то я просто хотел отдохнуть, но совместим приятное с полезным! — уверенно и с улыбкой ответил он.

- Почему Боги Олимпа стали самыми могущественными на долгое время? — задала я подготовленный вопрос.

- Во-первых, очень хорошее руководство. Глава пантеона обеспечил минимум половину успеха, - гордо ответил он, широко улыбаясь, - Во-вторых, у олимпийских Богов очень хорошее потомство. Они смогли найти путь в сердца людей и прижиться здесь как Земные Боги, которые принадлежат только этому миру. Мы как-то смогли найти общий язык не только с людьми, но и с природой. Именно как Земные Боги.

- А это важно, что вы были на Олимпе как географической точке?

- Смотря что вы считаете Олимпом. Если мы берем те события, к которым вы обращаетесь, читая наши аутентичные мифы, то конечно же — на горе Олимп. У вас неправильные координаты, неправильное представление о том, что есть гора Олимп, поскольку вы привыкли видеть только гору, а нужно видеть суть самого названия.

- И в чём суть? — спросила я.

- Ваша задача — понять эту суть, тогда вы сможете отыскать координаты этой горы. Не потому, что другие люди рассказали вам, что вот, мол, есть гора Олимп, а самим обнаружить то секретное слово, что ведёт вас к сути понимания, что такое Олимп и где обитают Боги. В буквах, в словах вы можете это обнаружить. Вы называете нас олимпийским пантеоном, призываете олимпийских духов, но при этом не задумываетесь о самом слове, что значит олимпийский.

Воцарилась пауза, и я спросила:

- Может быть ты хочешь вина и желе?

- Если вы предлагаете, я не откажусь. Вести беседу приятнее с бокалом вина, особенно у нас, в Греции. Вино — национальное достояние для Греции, - он поднял бокал, собираясь произнести тост, - За мир между Богами и людьми!

Пригубив вина, он неожиданно сказал:

- Все рисуют какое-то злоупотребление, но суть власти отца Зевса состоит в том, чтобы правильно относиться к тем, чья судьба вверена твоим промыслам и рукам.

Зазвенели бокалы, и он, отхлебнув вина, сказал:

- Это не греческое вино. Но здесь чувствуется Кавказ как место в том числе обитания олимпийских духов. Не в магическом смысле, а духов Олимпа.

- Это вино из Колхиды.

- Напоминает чем-то вино из Колхиды. Но то было все равно другое вино: перебродившее крепкое, почти желейное.

- Кстати вот желе, попробуй тоже! На одном из ритуалов ты говорил, что любишь желатин.

- Вино из Колхиды было похоже на это желе, но кислее.

Я продолжала расспросы:

- А как ты себя чувствуешь сейчас, когда с одной стороны тебя помнят и чтят по-прежнему, но это не сравнится с тем, как это было в классической Греции?

- Вы все равно чтите меня, поскольку вы пытаетесь жить по неким правилам или законам, которые вы устанавливаете сами для себя. Вам уже не нужен Бог, который устанавливает вам закон. Задача главы пантеона состоит в том, чтобы те, кто вверен ему и как люди, и как Боги, и как духи могли обрести закон, которым они будут руководствоваться сами, соблюдать некие принципы сообщества. Я дал вам закон, а вы уже сами начали устанавливать его для себя.

- А кто такой Гомер?

- Был такой минестрель или бард, как вы их сейчас называете. Если тебя интересует автор ли он Илиады и Одиссеи, то нет, поскольку эти произведения путешествовали сквозь время и не могли не измениться.

- Он исполнял эти произведения от начала до конца?

- А как ты себе это представляешь? - немного насмешливо спросил он, - Как он будет исполнять это от начала до конца, если там конца и края не видно? Все устанут. Нет. Исполнялись отдельные популярные моменты в зависимости от ситуации, контекста, от того, где эти строки будут пригодны и по какому случаю: если богослужение — это один фрагмент, охота — другой, возвращение с охоты — третий. Илиада и Одиссея обрастали дальнейшим сюжетом, своей собственной судьбой. Это произведения о Судьбе, и их собственная судьба сложилась таинственным образом.

- Почему мы знаем автора под именем «Гомер»?

- Это просто творческий псевдоним.

- То есть, не важно, кем был этот человек?

- Не важно. У вас есть великая трагедия, что вам еще надо? Еще больше хотите знать?

- Человеку свойственно хотеть знать всё больше и больше, - нашлась, что ответить, я.

- Свойственно. Благодаря Логосу и благодаря тому, что некая мысль является вашим внутренним двигателем, вашей способностью жить и быть людьми. Раз — и зажглось!

- А где вы были до того, как «зажглось»?

- Где вы были до того, как зажглось — вот что вас должно интересовать!

- Официальная версия гласит, что нас не было.

- Непроверенная версия, хоть и официальная, - скучающе сказал он.

- Нас всё интересует: и где мы были, и где вы были, и с чего все началось…

- Хотите всё знать, но ничего не знаете.

- По мере возможности. А ты бы посоветовал не стремится к знанию?

- Я бы посоветовал немного смирить гордыню, тогда и знания будут открываться для вас совершенно иначе. Вы хотите всё знать, поскольку вы просто хотите стать больше. Это свойство планеты Юпитер: больше, больше, однако больше — не всегда хорошо. Моя вторая супруга научила меня чувству меры: когда блага много, но в меру — это лучше.

- Вторая — это Гера?

- Гера — это третья. Я еще четвертую хотел, но не срослось. Подумал, что лучше вот так путешествовать по мирам и планам. И супруга у меня очень хорошая. Хоть мы с ней постоянно конфликтуем, но что ж поделать, долго живем друг с другом. Уже привык… Это мне не мешает путешествовать, воплощать идею Космического Эроса, дающего жизнь в её многообразии.

- Как ты относишься к тому, что мы призвали Бетор’а?

- Он уже тут, всё в порядке, он всё сделает, как надо, по моему промыслению. Я очень доволен, а значит — довольны и вы. И это правда: если я буду доволен, то вы уж точно будете. Если я доволен, то ничто вам больше никакой преграды не составит. Ничего не бойтесь!

- На прошлом медиумическом сеансе ты говорил, что ты повелеваешь важными вещами. Что бы ты посоветовал при обращении к важным вещам?

- Видеть важные вещи в неважных вещах. Тогда вы постоянно будете соприкасаться с этим принципом. Видеть, что каждое мгновение вашей жизни важно, поскольку оно безвозвратно уходит, больше его в вашей жизни не случится. Это важно? Наверное…

- Каждое мгновение, каждая составляющая жизни важны?

- Если увидеть эту важность. В очертаниях букв, и в их комбинации.

- Почему индусы на другой стороне мира тоже называли своего Бога Дьяус или Диос?

- Я же говорю: читайте буквы, слушайте звуки. Дис, Диос, Зюс — все эти звучания очень важны. Это музыка сфер, музыка Вселенной. И звуки, и произносимые вами слова — это тоже музыка, тоже поэзия. И необходимо услышать в этом Диос, в этом «D» что-то важное… Слушайте слова, смотрите на начертания букв — это важно. Всё важно в целости и многообразии.

- А тот факт, что сначала твое имя записывали одним образом, а затем иначе — тоже важно, как я понимаю?

- Ты сама ответила на свой вопрос. Да, это всё важно. И постигая эту важность, ты постигаешь принцип Юпитера — большого Бога-Отца, для которого всё важно и нет никаких мелочей. Он всему старается уделить внимание, стремится дать жизнь везде, где только можно. Многие этого не ценят. Ревнуют. Ну что ж поделаешь. Я уже привык. Я им всё, а они за моей спиной козни плетут. Хитрые…

- А правда ли что среди своих детей выделяешь Аполлона?

- Я всех своих детей выделяю, они все для меня важны. Но бывает у меня одно настроение, бывает другое — вот так я и выбираю. Дети справляются, это я бываю в плохом настроении. Они ни в чём не виноваты. Но когда они козни плетут за моей спиной — все эти жены, дети, родственники, хочется смыться: на вершину горы или вот так попутешествовать через время и пространство в абсолютно чуждое место и побыть в спокойной обстановке. Они все галдят, всем что-то надо, все хотят чего-то большего. Я говорю: «Больше пока не надо». Они говорят: «Нет, мы хотим больше». Я говорю: «Ищите». Они ищут, и каждый ищет на своей орбите. И когда они ищут на своей орбите, то становятся самими собой. Аполлон — Аполлоном; Меркурий — Меркурием. Каждый понимает своё место. Человеку хорошо — он может изменить свою жизнь. Бог уже не может, потому ему необходимо либо победить, либо проиграть — третьего не дано. И отец должен за всем этим смотреть и следить. Поэтому для нас важно всё. А они за спиной козни плетут — не понимают, не ценят.

- Может, они хотят самостоятельности? - спросила я, будто бы интуитивно уловив цель некоторых Богов.

- Они хотят самостоятельности, но нужно же и старших уважать всё-таки. Глядишь — так было бы лучше. Достойно подчиняться — это очень важно, особенно для человека. Благодетельно подчиняться, по своему усмотрению. Это лучше, чем строить козни за спиной.

- А на что они надеются? Свергнуть хотят?

- Надеются, что станут больше. Да и свергнуть хотели, я помню, пару раз. Не получилось всё равно.

- А в чем твой секрет?

- Тут нет никакого секрета. Просто я больше и сильнее. Лучше и сильнее. Что это значит? А я вам отвечу. Лучше — это когда знаешь меру. Тогда ты будешь беден, но богат, и будешь знать, что когда ты богат — ты беден. И тогда ты будешь всегда богат, даже если у тебя нет богатства, и помнить о том, что, если оно у тебя есть, то оно может и улетучиться, и ты вновь будешь беден. Потому правильная работа с Юпитером — это всегда попытка преодолеть свою алчность, зависть, попытки стать больше кого-то или чего-то. Мера как ось колеса делает благо Благом.

- Почему буква иврита, которая соответствует твоему аркану Таро «Фортуна», называется «Каф», ладонь? Это твоя ладонь, дающая благо?

- Что такое длань Отца? С одной стороны, это длань карающая — подзатыльника им дать или снести пол-Олимпа махом всех сразу, когда это нужно. А можно ведь и пожалеть сильной рукой своих детей, обрести какое-то умение использовать эту силу, когда это нужно, а когда не нужно — обращать её в ласку. Ведь сколько ласки будет, если в тебе много силы, но ты добрый человек, поскольку ты знаешь свою меру, свою границу силы. Когда ты знаешь границу силы, ты способен действовать разумно и добродетельно. Это — кардинальная добродетель. Умеренность. Помнишь в Таро такую карту?

- Кроули поменял её название на «Искусство».

- Искусно поменял на «Искусство», — будто бы с издевкой сказал он и повторил, - А вот есть такая карта — «Умеренность», помнишь? Есть ещё карта «Справедливость» — это добродетель Зевса и Фемиды — моей второй жены. Умеренность — это тоже добродетель. Планета большая, но она большая лишь до той степени, до которой это возможно. У неё и так бурный нрав, потому нужно знать меру.

- Очевидно, что многие люди, получив большие деньги, перестают знать меру.

- Раздуваются как шарики.

- Разве мера относится не к Сатурну?

- Дисциплина и мера — это разные вещи. Знать свою меру и держать её. Дисциплина — это к Сатурну. Дисциплина — это также и к Аресу. Для дисциплины нужна сила. Но для дисциплины также важно, какую меру она будет обеспечивать. Чтобы было справедливо, милосердно и добродетельно. Чтоб «и сам гам и другому дам». Вот мой маленький понимает это. Вот кому как ни ему известна мера.

- Бэтор?

- Нет, мой маленький сыночек.

- Гермес?

- Да. Он всё понимает. А Бэтор — это мой дух. Я вглядываюсь в свой дух и повелеваю ему делать то, что правильно, то, что надо.

- А что понимает Гермес?

- Всё понимает! Молодец такой! И добродетельный! Зря вы считаете, что он только обманщик! Ведь между добродетелью и обманом не такая уж и большая пропасть. Вот желаешь ты добра человеку, а единственный способ — это обмануть его. Для этого и существуют кардинальные добродетели.

-  А откуда они возьмутся, эти кардинальные добродетели, если их нет?

- А это называется воспитание. Если родители плохо воспитывают, то нужен наставник. И самое главное — быть наставником самому себе, тогда и наставник будет уже не нужен. Это называется воспитанием — знать, что для тебя благо. Осознавая, что для тебя благо, ты можешь творить свою волю в той мере, которая будет для тебя более природной, подходящей.

- А если моя воля будет сталкиваться с волей другого человека?

- Она всегда будет сталкиваться с волей других людей, потому что ты живешь с ними бок о бок. И вот когда она сталкивается с волями других людей, тебе нужно и волю свою творить, но и другим, по возможности, это предоставить, если только эта ситуация не требует обращения к Аресу. Если не к Аресу, то часть твоих действий должна учитывать волю других людей. То есть не бездумно творить свою волю, всегда знать меру, когда свою волю можно творить одним способом, а когда другим. Не всегда она одинаково творится. Людям вполне свойственно воплощать свои желания — когда-то в большей мере, когда-то в меньшей. Как ты будешь воплощать своё желание любви, если ты одиноко медитируешь на горе и взываешь к небу. Ты будешь искать и взывать к небу и свою любовь направлять только к нему. А вот если ты была в поле с сатиром, то тебе не нужно было бы искать любовь — она сама к тебе мчится. Ты даже не подозреваешь, а она уже набрасывается на тебя. Вот такая вот воля. Внезапно претворилась. Поэтому всегда важно знать, что для тебя благо, что тебе нужно, и формулировать, особенно в магии. Когда взываешь к Богам, нужно чётко формулировать свои просьбы. Моя любовь меня один раз просила помочь её сынишке, и я понял это по-своему, видимо, слова её были не так точны, как хотелось бы, - здесь он сделал паузу, и я не сразу сообразила, что, скорее всего, речь идет о Фетиде и её сыне Ахилле.

Он продолжал:

Славь Зевса! Когда ты славишь меня, вместе с Меркурием и Афродитой, ты сохраняешь последнюю надежду человечества на взаимопонимание. Но вообще не забывай весь пантеон славить и не забывай тех богов, которые не входят в высший олимпийский пантеон. Они тоже достойны упоминания. Обращайся к другим богам, попробуй вызвать нимфу, сатира или дриаду на природе, воззвать к ним и рассмотреть, где они находятся. Попытайся узнать то, о чём ни в одной книжке не прочтешь. Это не совсем та магия, которую вы знаете. Это живое воззвание на природе. Как ты на рыбалку ездила, теперь на природу поезжай и взывай к этой природе как к непосредственной реальности. Чтобы не потеряться, поработай с Артемидой, с охотницей… Про нас Богов много пишут, поскольку нас почитают, а дриады и подобные существа также полны загадок — загадок Земного Духа, ведь они хоть и творения неба, но, как и люди, тоже неподвластны до конца воле Богов. Они тоже живые, поэтому с ними можно поговорить. Боги представляют собой небесный принцип, даже если это мой брат из подземного мира (одно время я повелевал миром мёртвых, после — уже Аид). Всё равно мы — воплощение небесного олимпийского принципа. А вот дриады, сатиры и нимфы связаны с Духом этой Земли, самой Землёй, и это очень загадочное место, на которое мы можем влиять как Боги, используя свои силы, но в то же время сама Земля и её Дух уже сформированы. И эти существа — лесные, полевые духи связаны с Духом Земли. Боги могут и покинуть однажды эту Землю, стереться из людской памяти, а этот Дух останется с вами.

- Иногда на природе я вижу лица в кронах или стволах деревьев — это и есть дриады?

- Это духи леса. Это ваши местные духи леса. Ты реагируешь на них, поскольку ты родилась примерно в этих местах. Твои глаза способны их видеть. Ты хранишь память предков о них. Это духи леса, и они связаны с Духом именно этой Земли. Ведь человек тоже связан не только с небом…

Воцарилась пауза, во время которой он допил вино и воскликнул:

- Эх, похоже это вино на колхидское, похоже!

Я предложила ему свой бокал, но он отказался:

- Это было бы неприлично. Пей!

- Я уже выпила достаточно, опьянела, - сказала я и отставила бокал, - Хочу знать меру, как ты и советовал.

- Это правильно, - радостным голосом заявил он, - Вот это называется контролем над своими желаниями. Не нужно много книжек читать, дабы понять, что ты способна найти свою меру во всём, и эта мера поможет тебе максимально приблизиться к желанному тобой результату. Для этого нужно думать над буквами и словами.

- Имеется в виду думать в таком ключе: буква Д похожа на домик, а буква О — на иллюминатор?

- Можно и так. Главное — думать; главное — заряжать свою мысль.

- А вот эти духи в Ключе Соломона, талисманы, списки духов — есть ли смысл заниматься магией подобного рода?

- Конечно, есть смысл заниматься магией подобного рода, - ответил он твердо и немного жёстко, - Для олимпийских Богов это важно, поскольку ключи не утеряны и прорабатывались уже после нас, и это очень и очень любопытно, что люди, жившие уже после того, как человек пребывал в непосредственном контакте с нами, смогли отыскать ключи и вернуться к этому. Это сохранение традиции в самом добродетельном и справедливом её виде. Такая традиция нам нужна. Имеет смысл обращаться через эти ключи к духам, поскольку они — самостоятельные сущности, хоть и находятся в непосредственной власти Богов, которым они вверены и распределены. Вы можете почерпнуть мудрость через этих духов, ту мудрость, которую составляет мысль Бога. Через этих духов проходят мысли Богов, они доносят вам мысли как удар молнии, но всегда красиво… - вдруг он поменял тему, - Тут всё будет красиво. У вас всё будет красиво, - его голос начал понемногу затухать.

- Дух Бэтор считается олимпийским, а вот, например, архангел Цадкиэль, и духи, перечисленные в Ключе Соломона... они ведь относятся к другой традиции... тут нет никакого противоречия, по-твоему?

- Они не могут обойтись без нас. Они включают нас в свои поля реальности. Они стали нашими, и была признана наша власть над ними с того момента, как они позвали нас и сказали: «Вам вверяется это, кроме вас никто не может». Поэтому мы так сильны. Мы скрыты во многих сферах реальности. Просто представь себе, что мы и в греческой, и в еврейской традиции, и вообще, может быть, не в этом мире. Наши имена звучат, оттого мы можем находиться в разных реальностях, в разных ипостасях. Мы везде, без нас никуда. Они признают нашу силу, нашу мудрость и правдивость наших слов, нашего образа жизни, - последние слова звучали особенно громко и твердо, - Мы хотим быть максимально бессмертны и всемогущи, но при этом мы хотим быть похожими на людей. Потому мы эту меру и чувствуем. Всемогущи, но как люди. Люди, но всемогущи.

- А зачем вам быть похожими на людей?

- Так мы останемся Богами, но и сохранимся в вашей памяти, и вы будете обращаться к нам в разных формах, и в разных реальностях всё равно будут звучать наши имена. Казалось бы, территория важнее языка. Нет, язык важнее, поскольку имя, звучащее в другом месте, уже там звучит. Имя может путешествовать, а территория — нет. Боги могут прийти и уйти из этого мира, из вашей реальности, а Земля останется с вами навсегда. Поэтому вы так уверовали в эту Землю и теперь занимаетесь наукой. Но вы в своей гордыне немного забыли, что Ум и Логос придумал я через своих прекрасных сыновей и одну очень сильную и немного строптивую, но горячо любимую мною дочь, - резюмировал он. Я сразу поняла, что под последней он имеет в виду Афину.

- Что тебе нравится в современном мире?

- Мне нравится, что люди не потеряли страсти к жизни. Но не нравится, что они потеряли понимание того, как в этой жизни ориентироваться. Просто бегут. Это мне не нравится. Но хотя бы страстно. Страсть позволяет вам жить, и вы всё равно при этом пытаетесь устанавливать для себя какие-то законы, которые вас ограничивают в страстном желании познать и сделать себя больше — это уже неплохо.

- Добродетель общая для всех или каждый исходит из своей добродетели? Мне нужна эта информация для будущей книги, в том числе.

- К Сатурну эти вопросы. В разное время разная добродетель. Вам без добродетели — никуда, без закона для себя — никуда. Поэтому Зевс олицетворяет собой нечто вне времени. Обращаясь ко временному, когда будешь писать следующую книгу, обрати внимание и на вечность. Может тебе это поможет прославиться. Чувство это хорошее, высокое, но лишь в меру.

- Я больше думала об экономической составляющей, а не сияющей славе.

- А тот факт, что имя моего Священного Ангела Хранителя похоже на имя одного духа, отличается только две буквы…

- Это — не одно и то же существо, скорее сходство природы. Оно читается в буквах и словах. Но ведь есть и небольшое различие, и оно только кажется небольшим, поскольку порой играет решающую роль. Мелочи... Но нужно знать все мелочи, дабы всё работало и было устроено правильно. В этом смысл творения, креации. Чтобы все было устроено так, дабы жизнь познала необходимость добродетелей. Опять же, через Меркурия.

В общем, работы много, ты должна служить Богам — я это говорил и говорю всем. Но это не значит быть подневольной, просто служить добродетельно, по собственной воле. Если ты выбираешь служить Богам — это благородный достойный поступок, без принуждения. Если тебе это нравится, если этого хочется, тогда это добродетельно. Вот обратишься ты к Аполлону и скажешь: «Я так служу тебе!». Представь, как он обрадуется, когда узнает, что ты сама признаёшь, что служишь ему. Возможно, он удивит тебя. Но только по честному намерению и с чистым сердцем. Или же ты хочешь духа призвать и повелевать им. Ты это также изволишь, а завтра изволишь служить богам. Ничего плохого в этом нет. Недаром народная мудрость гласит: «Не служил — не мужик». Мужик — это не тот, кто нарушает правила и всех принуждает, словно взбесившийся тиран. Мужик — это тот, кто способен удержать свою силу и, когда нужно, послужить интересам и кого-то другого.

Вверять себя кому-то — это страшно, но достойно человека. Не всегда человек должен быть хозяином положения. Он может и не быть хозяином положения, но быть выше и достойнее своего хозяина. Бедняк Диоген в бочке — хозяин положения, хотя у него нет ничего, поскольку он знает свою меру и то, что он сам сознательно выбрал для себя такой способ жизни, и никто его к этому не принуждал. Он свободен, потому он хозяин положения, он сам согласился, воля ему была вольная. Он подчинён своим принципам, но подчинён по собственной воле. Потому человек в принципе, когда живёт, подчиняет свою волю тем условностям, в которых он находится. Он — не Бог. Он может нарушать правила игры, конечно, иногда и мы, Боги, их нарушаем, но если вы живёте, это означает, что вы подчиняетесь ходу событий. Можно же подчиняться красиво и добродетельно, а можно подчиняться бездумно, лишь на одной страсти. Страсть — это хорошо, это то, что помогает человеку не унывать, но бездумная страсть приведет его в итоге к унынию, как, например, наркотики.

Я бы хотел, чтобы вы отнеслись серьёзно к магической работе. Вы и так серьёзно относитесь, но нужно ещё серьёзнее. И как-то последовательно пытаться разобраться с помощью Богов. Задавайте вопросы, ответы на которые действительно вам нужны, а не из праздного любопытства. Я хотел отдохнуть, знал, что вы не будете слишком грузить меня вопросами. Готовьтесь к ритуалам, ставьте вопросы, ну в общем, вы поняли. Зевс — это такая сила, которая помогает получить то, чего вы хотите, но также, вы можете попутно получить то, чего и не хотите — об этом нужно помнить. Настроение меняется словно крутящееся колесо, поэтому спрашивайте перед большим ритуалом, готовьтесь. Призывайте чаще, не ленитесь!

- А если Юпитер будет в плохом положении по знаку, например, в знаке Девы?

- Взывайте тогда! Не забывайте! Пусть плохое положение вас не останавливает! Подбирайте правильно время, взывайте либо призывайте! Если вы будете делать это по своей воле, тогда вы будете счастливы. Это то, что Зевс может вам дать. Прославляйте! В общем, у вас много работы. Особенно учитывая шлейф моего влияния в Азии хочу пир с шурпой в мою честь, и чтобы этот баран был посвящён мне, и вы вкушали его как гекатомбу для меня.

- Хорошо. Надеюсь, не целый баран?

- Как ты целого барана в шурпе сваришь? Нужно учиться, нужно готовить, нужно пробовать, ибо баранину мы любим больше, чем остальные виды мяса. Конечно, у каждого свои предпочтения…

- А другие виды мяса?

- Меня интересует, чтобы вы от чистого сердца приносили всё это, но вот баранина у нас как-то в ходу. Но если от чистого сердца, можно и козлятину, можно и быка, и корову, главное — от души. Как-то возвышенно всё это сделать, чтобы всё было в порядке, по-правильному.

- А можешь прояснить про влияние в Азии?

- Во многих традициях моё имя так или иначе искажалось. И вся эта архитектура, как ты уже знаешь, все эти небесно-лазурные минареты, стремящиеся ввысь, к небу, эти прекрасные, именно что жемчужины Востока. Они всё равно устремлены вверх, к небесному принципу, который я представляю. Патриархальный порядок и ислама, и иудаизма, и христианства отталкивается от того же порядка, что и я, только у нас своя добродетель, а у них — своя. Хочу в честь меня красивое блюдо, вкушаемое вами как адептами олимпийских богов. Кости нужно обязательно отнести к священному дереву, дабы не только я, но и мой Дух мог вкушать из них все соки. Много всего интересного. Много, много, вы ж любите много, а иногда много — это уже перебор… Мера нужна, нужно обращаться к мере. Так что помните: необходимо как-то ориентироваться, как-то собраться, знать, что вас побуждает к активности, и не владеет ли вами то, что побуждает вас к активности. Вы должны быть хозяевами положения, обрести самодисциплину. И поэтому нужно обращаться к разным вещам, к разным Богам, которые скрыты за буквами и словами. Нужно к этому обращаться.

- Спасибо за наставления, будем работать.

- Давай съедим это желе в знак вечной дружбы между нами и нашими домами. Ты это всё обдумаешь и начнёшь воплощать в жизнь. И затем жди знак, когда меня нужно будет снова призвать, перед новым медиумическим призывом ты проведешь обычный ритуал, взывая к моему присутствию в своём храме, дабы узнать, с каким Божеством меня призвать в паре.

После длительной паузы, он сказал:

- Все будет хорошо. Будьте счастливы!

Я поблагодарила Зевса, обозначив намерение призывать его и впредь, после чего провела ритуал Звездного Рубина.

По словам медиума ритуал прошел ровно, естественно и легко. Мне же было сложнее задавать вопросы Юпитеру, чем другим Богам, возможно, из-за доминации, верховности этого Бога. Во время ритуала и сразу после было ощущение некой подавленности и сонливости, которые прошли через полчаса после ритуала. В целом же меня приятно впечатлил этот диалог и заставил задуматься о многих вещах. В каком-то смысле, эта инвокация была противоположна Диалогу с Дьяволом инвокации Дьявола, предыдущего медиумического ритуала, во время которого Дьявол советовал разобраться, что есть зло. Юпитер же говорил о том, что необходимо знать, что такое добро.

После инвокации последовала серия синхроний. Одна из самых ярких и запомнившихся мне была встреча с персонажем, который играл Юпитера в мистерии в начале «Собора парижской Богоматери» Виктора Гюго — книги, которую я за некоторое время до инвокации решила, наконец, прочесть, и в которой меньше всего ожидала увидеть это имя еще и в самом начале повествования.